Какие трогательные нравы!
Впрочем, эскалация ненависти, паранойяльной подозрительности, недоброжелательности ко всем, кто отличается от тебя языком, происхождением, цветом кожи, неизбежно должна приводить именно к такому результату.
Израиль – богатая страна. Израильские школьники сплошь и рядом колесят по всему миру. То и дело мне говорили, что та девушка – сейчас в Непале, другая – в Индонезии, тот – в Перу. Но никогда я не слышал, чтобы кто-то в Израиле попытался создать, допустим, благотворительный Фонд помощи палестинским детям. Не потому даже, что они так уж нуждаются в помощи. А просто, чтобы родители этих детей поняли: израильтяне – тоже люди, они способны по-человечески относиться не только к себе, но и к другим. Ведь Зло следует побеждать Добром. Но никому в Израиле это не приходит в голову.
Везде в Израиле, над каждой улицей, протянуты тросы с бело-синими флажками (цвета израильского флага). Израильские флаги со звездой Давида висят на заборах домов, на балконах. В одном месте я видел огромный израильский флаг прямо над самодеятельной мусорной свалкой. Мусор никто не убирает – но флаг висит.
Не думаю, что это подлинный патриотизм. Подлинные чувства не выставляют напоказ. Они проявляются тогда, когда в них есть необходимость.
Скорее, об израильтянах можно сказать, что они пытаются убедить себя в своём патриотизме, но не очень выходит. Хотят искусственно взбодрить, наэлектризовать себя, уверить себя в своей правоте. А раз так сильна потребность в этом, значит на самом деле не очень-то они верят в неё.
Но почему? Ведь и в самом деле – там, где была пустыня, теперь «цветущий сад». Построены города. Выиграны все войны. Беспомощный народ-жертва создал мощную армию. Иврит – снова живой язык, родной для сотен тысяч израильтян.
Почему же нет уверенности, нет спокойного сознания своей правоты?
Может быть, потому, что всё это достигнуто за счёт отказа от себя? От своей культуры, своих собственных, еврейских, ценностей и норм поведения?
Недавно в России и в Израиле случились две очень похожие истории.
В Москве, в Храме Христа Спасителя (бывшем бассейне), группа девушек записала клип «Богородица-Дева, Путина прогони!» Т.е. видео сняли в храме, а звук добавили потом. В храм они зашли, когда там никого не было, никто их не задерживал. А потом этих девушек арестовали, они в СИЗО, им грозит до 7 лет тюрьмы. Чего же добились их гонители? Сделали этих девушек мировыми знаменитостями. Создали им множество сторонников. О «пусях» (так почему-то называется сия замечательная «панк-группа») судачат теперь все «властители дум»: журналисты, политики, писатели.
Израильская история. Гюнтер Грасс, пожилой немецкий писатель, лауреат Нобелевской премии по литературе, написал стихотворение, осуждающее политику Израиля в отношении Ирана. Израильское правительство страшно вскипятилось, запретило бедному Грассу въезд в Израиль – и тем самым привлекло к его стишку всеобщее внимание. В Германии даже прошли демонстрации в защиту угнетенного Гюнтера.
И у русских, и у израильтян – тот же комплекс. Русские отказались от своей, европейской, культуры, заменив её культурой монгольской, азиатской. Отсюда – от измены самим себе – неуважение к себе, патологическая детская обидчивость и глупое и неадекватное поведение.
У израильтян – то же самое. Они предали самих себя, отказались от своей культуры, приняв как свои ценности и нормы культуры западной – после чего стали естественным образом себя презирать. И есть за что. Но признать свою ошибку они не хотят. И поэтому выхода для них нет.
«Нет на свете печальней измены, чем измена себе самому».
Можно воздвигнуть бронированный купол над всем Израилем. Убить всех арабов, а заодно вообще всех, кто недостаточно доброжелателен к Израилю (вроде Гюнтера Грасса, которого Израиль уже назвал «антисемитом»). Но ничего не изменится, потому что проблема – не вовне, а внутри. В самих израильтянах. А этого никто не хочет замечать.
Так что с безопасностью в Израиле дела будут ещё долго обстоять именно так, как сейчас. То есть, с одной стороны, плохо, но, с другой стороны, хорошо.
Плохо – в том смысле, что в любой точке Израиля с вами может случиться что угодно. В спокойном Реховоте, где живут мои родные, недавно была воздушная тревога. Могут обстрелять, могут взорвать. Или просто зарезать ни с того ни с сего – как Филиппа Геллера.
Но, с другой стороны, как грибы после дождя будут расти должности для офицеров спецслужб, военных и охранников, и им будут всё больше платить – потому что угрозы нарастают и ответные меры нужно усиливать. Значит, у сотрудников служб безопасности в ближайшие годы всё будет хорошо и даже очень хорошо.
Собственно, из каких установок – пусть и не провозглашаемых явно – исходят радетели за безопасность?
1) Все люди – потенциальные террористы.
2) Отличить террориста от нетеррориста, пока теракт не совершен, невозможно, поэтому каждого нужно тщательно проверять, проявлять бдительность, подозрительность к каждому и никогда не успокаиваться.
Надо сказать, эти установки, когда их вытаскиваешь из тьмы подсознания на свет Божий, явно отдают клинической паранойей. А паранойя – психическая болезнь, и чем бы она ни была вызвана, это проблема самого больного – а не тех, кто, по его мнению, ему угрожает.
Параноик – до тех пор, пока он не вылечился – всегда найдёт, кого ему бояться, с кем враждовать, кого обвинять. Параноиками, между прочим, были Иван Грозный и Сталин. Среди израильтян тоже много параноиков, и всё израильское общество явно склонно к паранойе.
А это, повторяю, проблема самих больных. Лечиться надо! – как правильно говорят в подобных случаях.
Вот где на самом деле ключ к безопасности Израиля. Отрефлексировать свои комплексы, признать и исправить свои ошибки.
Но пока этого никто не делает и делать не собирается. И значит – всё так и будет идти, как идёт. Терроризм будет расти, «безопасность» (в смысле – оклады и количество «рабочих мест» в службах безопасности) тоже.
Израильтяне хотят продолжать враждовать и ненавидеть – и одновременно обеспечить свою безопасность. Это невозможно.
Страна, построенная на вражде и ненависти, безопасной быть не может.
04/04/2012
Что по-настоящему радует в Израиле: израильтяне хорошо питаются.
Мои родные, у которых я жил, получающие социальные пособия, едят на завтрак красную икру. У них я впервые попробовал авокадо. Другие мои родственники по случаю начинающегося Песаха угощали меня всяческими разносолами, в том числе блюдами из мацы. Боже мой! Блуждая по пустыне, древние евреи и не подозревали, что можно приготовить из мацы! Вкуснейшие вещи, должен вам сказать! Ну, конечно, там не только маца, там много чего другого. Но ведь вкусно, черт возьми!
Мария Яковлевна и Александр Островские – она учитель русского языка, он инженер-строитель – вечером повезли меня ужинать в ресторан, но не в своём городе (они живут в Петах-Тикве). Мы поехали в Герцлию. Ресторан – на берегу моря, но самого моря нет: яхты у берега пришвартованы так плотно друг к другу, что не видно воды. Яхт там тысячи. Мы ели дары моря, рыбу, салаты.
Представляете: инженер и учительница, чтобы покушать, отправляются на своей машине в другой город, в ресторан на берегу моря. И это не день рожденья какой-то – ну, может, они хотели побаловать меня, им казалось, что мне это понравится. Но показалось всё-таки, что это для них не что-то из ряда вон выходящее.
Когда встал вопрос об ужине, Мария Яковлевна сказала: «Что, я буду ещё что-то сейчас готовить?» Это было утверждение в форме вопроса. Это были слова глубоко уважающего себя человека. Ну, конечно, как можно что-то ещё готовить, когда уже вечер?! Было шесть часов. Как может уважающая себя учительница что-то ещё готовить в такое время? Гораздо проще поехать в Герцлию – город дорогой и роскошный, где обитают многие богатые люди – покушать в ресторане на берегу моря.
Всё, что нам подавали, мы, конечно, не съели. Там нужен был Гаргантюа, чтобы всё это съесть.
Почему-то запомнилась мне сидевшая у входа в ресторан девушка. Она сидела на высоком стульчике за крошечной конторкой, на которой лежали толстая тетрадь и ручка. Очень хорошенькая, ухоженная девушка со сладкой улыбкой на лице. Нам она тоже улыбнулась и что-то сказала. И странно: я совершенно не понимаю иврита – но я понял, что она сказала. Какая-то стандартная фраза, вроде «Заходите к нам ещё». Голос у неё – как клубничный джем.
И однако, я уверен, что эту благоустроенную девушку мы интересовали как прошлогодний снег (или как прошлогодний хамсин – поскольку снега в Израиле не бывает). Заходите к нам ещё и приносите свои деньги, – это да, это интересует.
